Премьер Госсовета КНР Ли Цян 17 августа призвал принять меры для стабилизации внешнего спроса и расширения международного торгового сотрудничества. Эта озабоченность основывается на том, что во втором квартале 2026 года китайская экономика выросла на 4,3 % в годовом выражении, что оказалось ниже целевого диапазона правительства в 4,5 – 5 %. В июле промышленное производство увеличилось лишь на 4,5 % против 5,3 % месяцем ранее, а розничные продажи выросли всего на 0,6 %.

По данным Reuters, китайское руководство одновременно признало наличие серьёзных проблем внутри экономики – недостаточного потребительского спроса, сложностей в промышленности и инвестиционной сфере, а также растущих внешних рисков, включая геополитическую напряжённость и торговые конфликты. При этом экспорт остаётся одним из важных источников экономического роста Китая. Особенно заметна роль высокотехнологичной продукции, в частности, товаров, связанных с полупроводниками и инфраструктурой искусственного интеллекта.

Сам по себе призыв Ли Цяна не означает перехода Китая к исключительно экспортной модели развития. Напротив, китайское руководство одновременно говорит о необходимости стимулировать внутреннее потребление, занятость, доходы населения и частные инвестиции.

Призыв китайского руководства прозвучал на фоне исключительно сильной динамики внешней торговли. В июне экспорт Китая в долларовом выражении увеличился на 27 % год к году, а импорт – на 36 %.

Таким образом, Китай оказался в своеобразной экономической ситуации. Внутренний спрос замедляется, но внешний спрос на значительную часть китайской продукции остаётся высоким. Это особенно важно для промышленности. Если китайские предприятия продолжат производить больше продукции, чем способен поглотить внутренний рынок, избыток предложения будет направляться на экспорт. Именно поэтому призыв Пекина к бизнесу стабилизировать внешнюю торговлю имеет значение далеко за пределами Китая.

Наиболее очевидное последствие – сохранение высокой активности китайских производителей на мировых рынках. Если внутренний спрос в Китае остаётся относительно слабым, предприятия будут заинтересованы в расширении продаж за рубежом. Государственная поддержка экспорта, развитие новых торговых маршрутов и поиск новых рынков могут стать частью этой стратегии. Для потребителей это потенциально позитивный фактор: увеличение предложения китайских товаров способно сдерживать цены на широкий спектр промышленной продукции.

Для производителей в других странах ситуация гораздо сложнее. Они могут столкнуться с усилением конкуренции со стороны китайских компаний, особенно в машиностроении, электронике, автомобилестроении, химической промышленности и других секторах. Иными словами, экспортная экспансия Китая может одновременно снижать мировые цены на промышленные товары и усиливать давление на производителей в других странах.

Другим заметным последствием может стать усиление фрагментации мировой торговли. Проблема заключается в том, что далеко не все страны готовы беспрепятственно принимать растущий китайский импорт. США и ЕС уже усиливают защиту отдельных отраслей и пытаются снизить зависимость от китайских поставщиков. При этом Вашингтон одновременно усиливает контроль за поставками китайской продукции через третьи страны.

В результате возникает парадоксальная ситуация: чем активнее Китай пытается компенсировать внутреннюю слабость за счёт экспорта, тем выше вероятность новых торговых ограничений со стороны его крупнейших торговых партнёров, и это может ускорить формирование нескольких относительно самостоятельных торгово-производственных блоков.

Естественной реакцией Пекина на ограничения со стороны его традиционных крупнейших торговых партнёров является дальнейшее расширение торговли со странами Азии, Ближнего Востока, Африки, Латинской Америки и Евразии. В настоящее время Китай уже стремится диверсифицировать направления экспорта и одновременно расширяет импорт из стран, способных обеспечить его промышленность сырьём и энергоресурсами, что для мировой торговли означает постепенное изменение географии товарно-денежных потоков.

Для российской экономики последствия китайской политики будут неоднозначными в связи с тем, что Китай является для России крупнейшим импортёром промышленной и потребительской продукции и одновременно одним из важнейших рынков российского сырьевого экспорта.  Соответственно изменение китайского внешнеторгового курса влияет на Россию сразу по нескольким направлениям.

Если Пекин действительно будет стимулировать внешнюю торговлю и промышленное производство, китайский спрос на энергоносители и сырьевые товары будет оставаться относительно высоким, а изменение географии китайского импорта энергоресурсов способно играть в пользу России.

Последние события на Ближнем Востоке заставляют китайские нефтеперерабатывающие компании искать альтернативные источники поставок. Так, например, китайская Sinopec планирует увеличить закупки нефти из Бразилии, Африки и других регионов, одновременно сохраняя отношения с Саудовской Аравией и ОАЭ. Российская нефть в такой ситуации обладает важным преимуществом – географической и логистической близостью к Китаю по сравнению с рядом альтернативных поставщиков.

Вместе с тем наиболее важным риском для российской экономики вероятно станет рост конкурентного давления на российских производителей со стороны китайский предприятий. Если Китай столкнулся со слабым внутренним спросом, но продолжает активно производить товары, предприятия будут искать внешние рынки сбыта. Россия является одним из таких рынков. Особенно уязвимы отрасли, в которых китайские компании уже обладают преимуществом по себестоимости, масштабам производства и технологическому уровню.

В результате российский рынок может получить ещё больший поток китайских, автомобилей, промышленного оборудования, электроники, бытовой техники, химических товаров, строительной техники, комплектующих, потребительских товаров и т.д. В долгосрочной перспективе это приведет к усилению структурного дисбаланса российско-китайской торговли, который обусловлен тем, что Россия в отношениях с Китаем в значительной степени выступает как поставщик сырья и энергии, тогда как Китай поставляет в Россию широкий спектр готовой продукции и оборудования.

Рост российско-китайской торговли одновременно укрепит значение китайского юаня в российской экономике. Одновременно со снижением зависимости двусторонней торговли от традиционных западных валютных каналов усилится зависимость российских субъектов бизнеса от состояния китайской финансовой системы, курса юаня и политики Народного банка Китая.

Таким образом, для снижения влияния негативных факторов перспективного развития китайской торговой политики на российскую экономику целесообразно рассматривать открывающиеся возможности диверсификации российского экспорта в пользу товаров с более высокой добавленной стоимостью.